Севастополь, Россия
Россия
Севастополь, Россия
По результатам многолетнего мониторинга гидрохимических показателей акватории Ялтинского порта за 2012–2022 гг. сформирована база данных о концентрации био-генных элементов и растворенного кислорода за указанный период. Для исследуе-мой акватории показана динамика содержания биогенных элементов и выделены неорганические формы азота (нитриты, нитраты, аммоний) как приоритетные за-грязняющие вещества в экосистеме порта. Оценка самоочистительной способности экосистемы акватории Ялтинского порта выполнена путем расчета балансовым ме-тодом величины удельной ассимиляционной емкости (АЕуд) в отношении нитратов, нитритов и аммония. Рассчитаны также скорости и время удаления этих неорганиче-ских форм азота из указанной экосистемы. Проанализированы полученные значения АЕуд для экосистемы акватории Ялтинского порта за два периода: 2012–2017 и 2018–2022 гг. Показано, что в отношении нитратов наблюдается увеличение АЕуд от 31.49 до 36.07 мкг/(л∙сут) за указанные периоды соответственно. Такая же зависи-мость установлена для нитритов: изменение АЕуд составило от 0.08 до 0.1 мкг/(л∙сут). В отношении аммония за указанные периоды наблюдается обратная зависимость – уменьшение АЕуд от 8.67 до 7.56 мкг/(л∙сут). Приведены результаты сравнения полу-ченных значений АЕуд в отношении неорганических форм азота для экосистемы акватории Ялтинского порта с соответствующими показателями для экосистемы б. Севастопольской, которая характеризуется высокой антропогенной нагрузкой, подвержена влиянию стока рек и имеет затрудненный водообмен с открытым морем. Высказывается предположение, что причиной более высокой, чем у экосистемы б. Севастопольской, способности к самоочищению в отношении неорганических форм азота экосистемы Ялтинского порта (как части Ялтинского залива) является более интенсивный гидродинамический режим
По результатам многолетнего мониторинга гидрохимических показателей акватории Ялтинского порта за 2012–2022 гг. сформирована база данных о концентрации био-генных элементов и растворенного кислорода за указанный период. Для исследуе-мой акватории показана динамика содержания биогенных элементов и выделены неорганические формы азота (нитриты, нитраты, аммоний) как приоритетные за-грязняющие вещества в экосистеме порта. Оценка самоочистительной способности экосистемы акватории Ялтинского порта выполнена путем расчета балансовым ме-тодом величины удельной ассимиляционной емкости (АЕуд) в отношении нитратов, нитритов и аммония. Рассчитаны также скорости и время удаления этих неорганиче-ских форм азота из указанной экосистемы. Проанализированы полученные значения АЕуд для экосистемы акватории Ялтинского порта за два периода: 2012–2017 и 2018–2022 гг. Показано, что в отношении нитратов наблюдается увеличение АЕуд от 31.49 до 36.07 мкг/(л∙сут) за указанные периоды соответственно. Такая же зависи-мость установлена для нитритов: изменение АЕуд составило от 0.08 до 0.1 мкг/(л∙сут). В отношении аммония за указанные периоды наблюдается обратная зависимость – уменьшение АЕуд от 8.67 до 7.56 мкг/(л∙сут). Приведены результаты сравнения полу-ченных значений АЕуд в отношении неорганических форм азота для экосистемы акватории Ялтинского порта с соответствующими показателями для экосистемы б. Севастопольской, которая характеризуется высокой антропогенной нагрузкой, подвержена влиянию стока рек и имеет затрудненный водообмен с открытым морем. Высказывается предположение, что причиной более высокой, чем у экосистемы б. Севастопольской, способности к самоочищению в отношении неорганических форм азота экосистемы Ялтинского порта (как части Ялтинского залива) является более интенсивный гидродинамический режим
Введение
Прибрежные акватории Южного берега Крыма, в частности Ялтинский залив, как рекреационно-курортные зоны, испытывают значительную антро- погенную нагрузку с ярко выраженной сезонностью.
Акватория морского порта Ялты с глубинами до 8.5 м является частью Ялтинского залива и ограничена гаванью с защитным молом. Она испытыва- ет дополнительную техногенную нагрузку вследствие круглогодичной нави- гации в порту и стока горных рек. В результате в морских водах Ялтинского порта наблюдаются более высокие концентрации загрязняющих веществ, включая биогенные элементы (фосфаты, нитраты, нитриты, аммоний и крем- ний), по сравнению с аналогичными показателями в акватории всего Ялтин- ского залива.
и кремния SiO2), а также растворенного кислорода (О2) и температуры воды в поверхностном слое за 1987–2004 и 2005–2010 гг. Представленные резуль- таты показывают изменения в экологическом состоянии поверхностного слоя вод акватории порта Ялта в исследуемые периоды.
Поступление в Ялтинский залив значительных объемов биогенных и за- грязняющих веществ (ЗВ) обусловлено стоком горных рек, таких как Дери- койка (Быстрая) с притоками, Учан-Су (Водопадная) с притоками, Люка (обес- печивающая водой Ялту) и др. 1) Следует отметить, что, по данным [3, с. 61],
«устье р. Водопадной и прилегающая акватория Ялтинского городского пляжа находятся в зоне экологического риска, поскольку в речной воде фик- сируются повышенные содержания нитратов и нитритов, в морской воде – высокий уровень бактериального загрязнения кишечной палочкой (превыше- ние санитарной нормы в пик курортного сезона в сотни раз)». Согласно дан- ным 1), русловая, надпойменная и устьевая части р. Быстрой и прилегающей
В настоящее время в прибрежных водах Крыма значительно ограничен комплексный мониторинг фонового состояния морской среды, особенно в акваториях, примыкающих к инфраструктуре грузопассажирского, рыболо- вецкого, военного флотов. Это затрудняет адекватную оценку базового со- стояния прибрежных вод Крыма.
Эффективность природного самоочищения морских экосистем определя- ется взаимообусловленными процессами, такими как поступление ЗВ, их де- понирование в донные отложения и взаимодействие с морским аэрозолем, перераспределение ЗВ и его трансформация биотой, динамический вынос ЗВ за пределы акватории. В условиях интенсивной антропогенной нагрузки пер- вым шагом на пути к нормализации экологического состояния мелководных морских акваторий является оценка их самоочистительной способности, вы- полненная путем расчета ассимиляционной емкости (АЕ) экосистемы в от- ношении приоритетного ЗВ или комплекса.
Разработанная Ю. А. Израэлем и А. В. Цибань [5] концепция АЕ, бази- рующаяся на результатах разносторонних океанологических исследований, была протестирована на экосистеме Балтийского моря для бенз(а)пирена, по- лихлорбифенилов и ряда токсичных металлов (Cu, Zn, Pb, Cd, Hg). Согласно работе [5], показатель АЕ характеризует способность морской экосистемы выдерживать добавление некоторого количества ЗВ без развития необрати- мых биологических последствий. АЕ имеет размерность потока вещества (масса вещества в единице объема, отнесенной к единице времени). Как по- казано в [6, 7], при использовании балансового метода расчета АЕ наиболь- шую сложность представляет вычисление интегрального времени пребыва- ния ЗВ в исследуемой экосистеме. Эта величина в значительной степени за- висит от физико-химических свойств конкретного ЗВ, гидродинамических параметров акватории и совокупности процессов (физических, химических, микробиологических), отвечающих за деструкцию ЗВ или его вынос за пре- делы исследуемой акватории.
Цель работы – по результатам многолетнего мониторинга биогенных элементов в водах акватории Ялтинского порта определить приоритетное ЗВ и оценить самоочистительную способность экосистемы путем расчета удель- ной АЕ (АЕуд) в отношении неорганических форм азота (NO3–, NO2–, NH4+).
Следует отметить, что, согласно анализу литературных данных, для эко- системы акватории Ялтинского порта такой расчет осуществляется впервые.
Материалы и методы исследования
Для достижения поставленной цели была сформирована база данных по акватории Ялтинского порта. Ее основу составили материалы ежегодников
«Качество морских вод по гидрохимическим показателям» за 2018–2022 гг. ФГБУ «ГОИН» 2) и материалы базы данных Морского гидрофизического ин- ститута. Согласно работе 2), гидрохимические исследования биогенного ком- плекса выполняла Лаборатория мониторинга загрязнения окружающей среды г. Ялты (ЛМЗОС, ФГБУ «Крымское УГМС») по методикам, утвержденным в системе гидрохимического мониторинга Роскомгидромета 3).
Пробы отбирали в акватории порта Ялты в одной точке с глубиной 6 м у основания волнолома ежегодно с января по декабрь, стандартный гидроло- гический мониторинг проводили каждые десять дней. Рассмотрены тенден- ции в сезонной и многолетней динамике биогенных элементов и растворен- ного кислорода на фоне изменения температуры, солености вод поверхност- ного и придонного слоев акватории Ялтинского порта за 2018–2022 гг., дана оценка изменения экологической ситуации в акватории в сравнении с преды- дущим периодом 2013–2017 гг. [8].
Анализируемая база данных составила 1920 определений содержания общего азота и фосфора, минеральных комплексов азота (нитритов, нитратов, аммония), фосфатов, кремния и растворенного кислорода, а также температу- ры и солености морских вод. Количество анализируемых проб и пределы концентраций представлены в табл. 1.
Характеристика базы данных за 2013–2017 гг. представлена в работе 2). В настоящем исследовании АЕ рассчитывали по балансовому методу, пред- ложенному Ю. А. Израэлем и А. В. Цибань [6] и адаптированному авторами статьи для морских экосистем, в которых ведется государственный гидрохи- мический мониторинг [8], например в акватории б. Севастопольской в отно- шении неорганических форм азота и фосфора [9, 10]. Согласно [7], итоговые
ния АЕ морской экосистемы (m) по отношению к i-му ЗВ выглядят
следующим образом:
AEmi = Ami
± D[ Ami ],
(1)
Qm × Cthr i æ Q × C ö2
Ami =
× v i ,
D[ A
] = ç m thri ÷
× D[v ],
Cmax i
mi ç
è
Cmaxi ÷
(2)
где Qm – объем воды в расчетной области; Cthr i – пороговая концентрация ЗВ;
Cmax i – максимальная в экосистеме концентрация ЗВ; vi – скорость удаления ЗВ
из экосистемы, среднее значение v i и дисперсия D[vi ] которой определяются
2) Качество морских вод по гидрохимическим показателям : ежегодник / под общей ред. А. Н. Коршенко. Санкт-Петербург : Гидрометеоиздат, 2013–2024.
3) Руководство по химическому анализу морских вод. РД 52.10.243-92 : руководящий доку- мент : утв. Решением Комитета по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды Минэкологии РФ от 28.04.1992. Санкт-Петербург : Гидрометеоиздат, 1993. 128 с.
Т а б л и ц а 1 . Характеристика используемых данных за 2018–2022 гг. T a b l e 1 . Characteristics of the used data for 2018–2022
|
Параметр / Parameter |
ПДК / MPC |
Среднее / Average |
Максимум (% от ПДК) / Maximum (% of MPC) |
Стандартное отклонение / Standard deviation |
|
РО 3–, мкг/л / 4 РО 3–, µg/L 4 |
50 |
12 |
48 (96) |
8.48 |
|
Робщ, мкг/л / Рtot, µg/L |
– |
54.9 |
172 |
34.76 |
|
NО –, мкг/л / 2 NО –, µg/L 2 |
24 |
3.7 |
15.4 (64) |
2.80 |
|
NО –, мкг/л / 3 NО –, µg/L 3 |
9032 |
140 |
953 (11) |
201.77 |
|
NН +, мкг/л / 4 NН +, µg/L 4 |
389 |
18.6 |
104 (27) |
14.27 |
|
Nобщ, мкг/л / Ntot, µg/L |
– |
1157 |
4301 |
831.60 |
|
SiО2, мкг/л / SiО2, µg/L |
368 |
265 |
1698 (461) |
303.91 |
|
О2, % |
– |
91 |
109 |
6.49 |
|
Соленость, ‰ / Salinity, ‰ |
– |
16.98 |
19.41 |
2.52 |
|
Температура, ℃ / Temperature, °C |
– |
17.1 |
26.7 |
5.87 |
П р и м е ч а н и е . Количество проб, отобранных для определения концентраций био- генных элементов, составило по 120 для каждого элемента, для определения содер- жания кислорода, солености и температуры – по 360 для каждого параметра.
Note. The number of samples taken to determine the nutrient concentrations is 120 for each parameter, and 360 for each of oxygen content, temperature and salinity.
по оригинальному алгоритму [6, 7]. В приведенном уравнении наибольшую сложность при расчете АЕ представляет количественная оценка интегрально- го времени пребывания ЗВ в исследуемой экосистеме.
Для районов государственного мониторинга, включая акватории Ялтин- ского залива и порта, в работе [7] предложена методика оценки времени пре- бывания ЗВ в экосистеме. Этот показатель рассчитывают через отношение изменения концентрации ЗВ в единицу времени к его средней концентрации, а также через среднюю скорость удаления ЗВ, определяемую по полному мас- сиву данных для конкретной акватории (в нашем случае Ялтинского порта).
Удельная скорость удаления ЗВ оценивается по уравнению
τ = С/ν,
где τ – время пребывания ЗВ в экосистеме; С – содержание ЗВ в морской во- де; ν – удельная скорость элиминации ЗВ из экосистемы.
Удельную скорость удаления ЗВ из экосистемы исследуемой акватории определяли через изменение концентрации ЗВ в морской воде за единицу времени по формуле
νn = (Cn – Cn + 1)/(tn – tn + 1),
где νn – удельная скорость удаления ЗВ из экосистемы в выбранный период убывания концентрации tn – tn+1; Cn – концентрация в период tn; Cn+1 – кон- центрация в период tn+1; для n = 1, ..., N, где N – объем выборки. С использо- ванием соотношения средней концентрации исследуемого i-го вещества и средней скорости его удаления (для всех выбранных периодов) рассчитыва- ется интегральное время пребывания ЗВ в экосистеме:
τi = Cср.i / νср.i.
Результаты расчета по приведенным уравнениям приведены в табл. 2.
Достоверность расчетных значений АЕ обеспечена анализом большого массива данных многолетних мониторинговых наблюдений (1920 измерений) за 10 лет. Следует учесть, что для акватории Ялтинского порта некоторые границы с сопредельными акваториями строго не определены (то есть прони- цаемы), поэтому рассчитывали АЕуд на единицу объема (1 дм3) как относи- тельную величину, характерную для центральной части акватории порта [7].
Для расчета параметров АЕ используются исходные данные исключи- тельно рассматриваемой акватории, что позволяет лучше оценить ее отклик на поступление ЗВ и способность к самоочищению в сравнении с использо- ванием ПДК, принятой для всех морских экосистем без учета региональных особенностей.
Средние за период наблюдений значения содержания всех форм неорга- нического азота не превышали соответствующих ПДК. Это позволило ис- пользовать эти средние значения в качестве порогового уровня при расчете самоочистительной способности исследуемой экосистемы, что является од- ним из непременных условий использования балансового метода Израэля [5] для расчета, второе необходимое условие – наличие данных многолетнего мониторинга.
Результаты и обсуждение
В рассматриваемый период соленость вод акватории Ялтинского порта варьировала в диапазоне 4.59–19.41 ‰, сильное распреснение (менее 10 ‰) отмечалось в поверхностном слое вод в 2018, 2019, 2021 и 2022 гг. Насы- щение вод кислородом постоянно оставалось на низком уровне (в среднем 89–92 %), что приводило к дефициту растворенного кислорода, составлявше- му 25–37 %. Фактическая концентрация растворенного кислорода варьирова- лась в значительном диапазоне – от 5.29 до 10.99 мг/л.
Средние за 2018–2022 гг. значения содержания всех минеральных форм биогенных элементов не превышали ПДК. Как следует из табл. 1, в анализи- руемый период отмечено превышение только ПДК кремния, что вполне объ- яснимо с учетом значительного объема пресных речных вод, впадающих в Ялтинский залив 1). Максимальное содержание фосфатов в 2021 г. было близко к пороговому значению (96 % от ПДК).
Единичная проба поверхностных вод, отобранная 15 июля 2022 г. в ак- ватории порта, содержала высокую концентрацию нитратов и аммония: 953 мкг/л (0.11 ПДК) и 190 мкг/л (0.49 ПДК) соответственно. Максимальное содержание общего азота в поверхностных водах акватории порта в этот пе- риод достигло 20 779 мкг/л, что в пять раз выше аналогичного показателя для остальных проб этого года (4301 мкг/л) (табл. 1) и предыдущих лет (1559–3266 мкг/л) и, очевидно, связано с обильными осадками и выносом биогенных веществ с речными водами с площади водосбора [3, 4]. Содер- жание нитритов достигало максимума (15.4 мкг/л) в 2019 г., тогда же был зафиксирован второй максимум содержания аммония (104 мкг/л), которое в остальные годы не превышало 69 мкг/л. Динамика средних и экстремаль- ных значений содержания исследуемых биогенных элементов и растворенно- го кислорода за 2018–2022 гг. представлена на рис. 1.
При довольно мало меняющихся значениях вентилируемости вод (О2ср) акватории порта Ялты в описываемый период наблюдался рост среднегодо- вой концентрации фосфора и азота [8]. Так, суммарное содержание фосфора (Робщ) возросло с 16 мкг/л в 2018 г. до 77 мкг/л в 2021 г., а азота (Nобщ) с 650 мкг/л в 2019 г. до 1440 мкг/л в 2022 г. Среди минеральных комплексов максимальное увеличение среднегодовой концентрации характерно для нит- ратов (с 51 мкг/л в 2018 г. до 228 мкг/л в 2022 г.), менее заметно для фосфа- тов (с 6.5–11.7 мкг/л в 2018–2020 гг. до 15.7–16.3 мкг/л в 2021–2022 гг.)
Р и с . 1 . Многолетнее изменение среднего и экстремального содержания био- генных элементов в акватории порта Ялта в 2018–2022 гг.
F i g . 1 . Long-term dynamics of average and extreme values of nutrients content in the water area of the port of Yalta in 2018–2022
и нитритов (с 2.4–3.8 до 4.7–5.5 мкг/л в указанные годы). Динамика концен- трации аммонийного азота показала ее снижение с 24–25 мкг/л в 2019– 2020 гг. до 9 мкг/л в 2021 г.
Анализ базы данных за 2018–2022 гг. показал, что неорганические фор- мы азота (NO₃⁻, NO₂⁻, NH₄⁺) являются приоритетными биогенными элемен- тами в Ялтинском порту: их концентрации выросли на 50–120 % за пять лет (динамика фосфатов и кремния не такая выраженная), а вклад в общий азот достиг 70 %. При этом сравнительные оценки содержания неорганического и общего азота по данным за два периода (2013–2017 гг. [8] и 2018–2022 гг.) показали двукратное увеличение суммарного содержания минеральных форм азота (в среднем с 84 мкг/л за 2013–2017 гг. до 161 мкг/л за 2018–2022 гг.) в водах акватории Ялтинского порта на фоне значительного снижения обще- го содержания этого ЗВ (в среднем за указанные периоды с 1212 до 996 мкг/л) (рис. 2). За счет уменьшения вклада органической составляющей суммарная доля минерального азота возросла с 7 до 16 %.
Сформированная база данных позволила оценить самоочистительную способность экосистемы акватории порта путем расчета ее АЕ для показав- ших устойчивый рост неорганических форм азота (нитратов и нитритов), а также для аммония, содержание которого изменилось незначительно. Характеристика способности к самоочищению морских вод экосистемы аква- тории порта Ялта в отношении нитратов и нитритов и аммония за 2013–2017 и 2018–2022 гг. представлена в табл. 2.
Р и с . 2 . Содержание неорганического и общего азота в акватории порта Ялта за 2013–2017 и 2018–2022 гг.
F i g . 2 . Content of inorganic and total nitrogen in the Port of Yalta water area in 2013–2017 and 2018–2022
Т а б л и ц а 2 . Результаты расчета удельной величины АЕуд экосистемы акватории Ялтинского порта в отношении неорганических форм азота в 2013–2017 и 2018–2022 гг.
T a b l e 2 . Calculation results for the specific value of ACsp in the ecosystem of the Port of Yalta water area in relation to inorganic forms of nitrogen for 2013–2017 and 2018–2022
Как показано в табл. 2, среднее время элиминации нитритов из акватории порта Ялта в 2018–2022 гг. составляет 58–60 сут, а в 2013–2017 гг. оно со- ставляло 52–55 сут. В 2018–2022 гг. время удаления из экосистемы нитратов и аммония сократилось примерно на 20 и 30 сут соответственно.
Удаление нитратов происходит значительно быстрее. Скорость удаления изменяется в широком диапазоне: ее максимальные значения для нитритов до- стигают 0.302 мкг/(л∙сут), нитратов – 9.86 мкг/(л∙сут) и аммонийного азота –
2.95 мкг/(л∙сут), что превышает средние для периода значения в 2.3–9.2 раза. Анализ динамики АЕуд показал, что экологическая обстановка в аквато-
рии Ялтинского порта по концентрации нитритов и нитратов в 2018–2022 гг. улучшилась в сравнении с 2013–2017 гг., однако ухудшилась по содержанию аммония. Снижение АЕуд для аммония как восстановленной неорганической формы азота свидетельствует о возросшем в последний период поступлении в акваторию Ялтинского порта неочищенных муниципальных стоков.
Для верификации полученных параметров самоочистительной способно- сти экосистемы акватории Ялтинского порта выполнено их сравнение с соот- ветствующими значениями АЕуд для экосистемы Севастопольской бухты, опубликованными в работах [10, 11]. Для б. Севастопольской в целом АЕуд в отношении нитритов составила 0.047 мкг/(л∙сут) и нитратов – 25.92 мкг/(л∙сут). Анализ результатов показал, что эти значения ниже, чем полученные для эко- системы акватории Ялтинского порта (табл. 2). Это свидетельствует о более благоприятном состоянии акватории, очевидно, обусловленном повышенной динамикой вод.
Значение АЕуд для аммония в акватории Ялтинского порта составляло7.56 мкг/(л∙сут), что превысило средний показатель по б. Севастопольской (5.67 мкг/(л∙сут)) и значение в ее самой проблемной восточной части бухты (1.99 мкг/(л∙сут)), подверженной влиянию стока р. Черной [11, 13]. Сравнение способности к самоочищению акваторий Ялтинского порта и б. Севастопольской в отношении неорганических форм азота показало, что, несмотря на некоторые общие источники загрязнения неорганическими фор- мами азота (техногенная и рекреационная нагрузка, поступление с речными водами), самоочистительный потенциал экосистемы акватории Ялтинского порта значительно выше. Причина, на наш взгляд, заключается в особенно- стях гидродинамического режима исследуемых акваторий.
В отличие от Севастопольской бухты, где водообмен с открытым морем ограничен, акватория Ялтинского порта, являющаяся частью Ялтинского за- лива, характеризуется сложной структурой гидродинамических процессов [13]. Это обусловлено воздействием западного и юго-западного потоков Основно- го Черноморского течения (ОЧТ), проходящих вдоль южного побережья Кры- ма. Кроме того, значительное влияние оказывает взаимодействие северной границы ОЧТ с элементами рельефа шельфовой зоны Крымского п-ова, такими как мысы и заливы. Изучение влияния этого взаимодействия на спо- собность экосистем прибрежных акваторий ЮБК к самоочищению станет предметом будущих исследований.
Таким образом, рассчитанные значения АЕуд для каждой из форм неорга- нического азота позволяют оценить предел самоочистительной способности именно для экосистемы акватории порта Ялты, в отличие от единой ПДК, принятой для всех морских экосистем без учета региональных особенностей.
При оценке способности экосистемы акватории Ялтинского порта к са- моочищению в случаях аварийных залповых сбросов следует ориентиро- ваться на АЕуд, составляющую для нитритов – 0.097 мкг/(л∙сут), нитратов –
36.1 мкг/(л∙сут) и аммонийного азота – 7.56 мкг/(л∙сут). Нормирование сбро- сов с учетом установленных количественных ограничений, охватывающих полный комплекс процессов утилизации, позволит улучшить экологическое состояние акватории порта и, как следствие, снизить негативное воздействие на Ялтинский залив в целом.
Выводы
По результатам многолетнего мониторинга за 2012–2022 гг. сформирова- на база данных о содержании биогенных элементов и растворенного кисло- рода в акватории Ялтинского порта. На основе этой базы данных оценена ди- намика биогенных элементов и выделены неорганические формы азота (нит- риты, нитраты, аммоний) как приоритетные ЗВ экосистемы порта.
Впервые для этой экосистемы за два периода (2012–2017 и 2018–2022 гг.) балансовым методом рассчитана АЕуд для неорганических форм азота (нит- ратов, нитритов и аммония), вычислены скорость и время удаления их из ис- следуемой экосистемы.
Полученное за 2018–2022 гг. уменьшение АЕуд в отношении аммония как восстановленной неорганической формы азота свидетельствует о том, что в этот период в акваторию Ялтинского порта поступало большее, по сравне- нию с первым периодом, количество неочищенных муниципальных стоков.
Выполнено сравнение полученных значений АЕуд для экосистемы аква- тории Ялтинского порта за 2018–2022 гг. в отношении всех неорганических форм азота с аналогичными показателями для экосистемы Севастопольской бухты – акватории с высокой антропогенной нагрузкой и затрудненным во- дообменом с открытым морем.
Рассчитанные значения АЕуд для каждой формы неорганического азота (нитраты, нитриты, аммоний) могут использовать органы местного самоуправ- ления для количественной и качественной оценки муниципальных и ливневых стоков как основных источников поступления этих форм азота.
1. Иванов В. А., Репетин Л. Н., Мальченко Ю. А. Климатические изменения гидро- метеорологических и гидрохимических условий прибрежной зоны Ялты. Сева- стополь : МГИ НАН Украины, 2005. 163 с.
2. Оценка гидрохимического режима прибрежных вод Ялтинского залива / Е. Е. Совга [и др.] // Морской гидрофизический журнал. 2014. № 3. С. 48–59. EDN TEWSBZ.
3. Проблемы зон экологического риска на приморских территориях Крыма / Н. М. Вет- рова [и др.] // Проблемы и программы развития регионов. Биосферная совмести- мость: человек, регион, технологии. 2019. № 2. С. 59–73. EDN SXDOOO. https://doi.org/10.21869/23-11-1518-2019-26-2-59-73
4. Содержание биогенных элементов и лимитирование первичной продукции фитопланктона в устьевой области реки Водопадной (Южный берег Крыма) / В. Н. Егоров [и др.] // Экологическая безопасность прибрежной и шельфовой зон моря. 2021. № 3. С. 37–51. EDN JARTUI. https://doi.org/10.22449/2413-5577-2021-3-37-51
5. Израэль Ю. А., Цыбань А. В. Антропогенная экология океана. Москва : Гидроме- теоиздат, 1989. 528 с.
6. Sovga E., Mezentseva I., Verzhevskaia L. Assimilation capacity of the ecosystem of Sevastopol Bay // Proceedings of the Twelfth International Conference on the Mediter- ranean Coastal Environment MEDCOAST' 2015, 6–10 October 2015. Varna, Bulgaria. Varna, 2015. Vol. 1. P. 317–326.
7. Совга Е. Е., Мезенцева И. В. Методические аспекты оценок самоочистительной способности морских мелководных экосистем (заливов, бухт, портов) // Экологи- ческая безопасность прибрежной и шельфовой зон моря. 2017. № 3. С. 57–68. EDN ZMZFWZ.
8. Иванов В. А., Совга Е. Е., Мезенцева И. В. Многолетняя динамика биогенных элементов и кислорода в акватории Ялтинского порта за период 2013–2017 гг. // Экологическая безопасность прибрежной и шельфовой зон моря. 2019. № 2. С. 86–93. EDN IFEJCH. https://doi.org/10.22449/2413-5577-2019-2-86-93
9. Совга Е. Е., Мезенцева И. В., Котельянец Е. А Ассимиляционная емкость экоси- стем морских мелководных акваторий с различным уровнем антропогенной нагрузки как метод оценки их самоочистительной способности // Проблемы эко- логического мониторинга и моделирования экосистем. 2017. Т. 28, № 4. С. 39–52. EDN ZXHLNF. https://doi.org/10.21513/0207-2564-2017-4-38-51
10. Совга Е. Е., Мезенцева И. В., Хмара Т. В. Моделирование сезонной изменчивости гидродинамического режима Севастопольской бухты и оценок самоочистительной способности ее экосистем // Фундаментальная и прикладная гидрофизика. 2022. Т. 15, № 2. С. 110–123. EDN AWWRHN. https://doi.org/10.48612/fpg/92ge-ahz6-n2pt
11. Мезенцева И. В., Совга Е. Е. Самоочистительная способность экосистемы восточной оконечности Севастопольской бухты по отношению к неорганическим формам азота // Экологическая безопасность прибрежной и шельфовой зон моря. 2019. № 1. С. 71–77. EDN NAGCNQ. https://doi.org/10.22449/2413-5577-2019-1-71-77
12. Совга Е. Е., Мезенцева И. В., Слепчук К. А. Сравнение ассимиляционной емкости и индекса трофности различных частей акватории Севастопольской бухты // Экологическая безопасность прибрежной и шельфовой зон моря. 2020. № 3. С. 63–76. EDN OHOULJ. https://doi.org/10.22449/2413-5577-2020-3-63-76
13. Репетин Л. Н., Романов А. С., Чурилова Т. Я. Апвеллинг в зоне антициклониче- ской завихренности на шельфе Южного Крыма // Экологическая безопасность прибрежной и шельфовой зон моря. 2010. Вып. 22. С. 205–227. EDN WTBIAT.
